Иголки у подъезда и еще зеленая сосна у мусорных ящиков говорили о том, что кто-то не выдержал и расстался с главным атрибутом нового года. Февраль, одиннадцатое. Тепло и туманно, городок замер под серым небом. Под ногами смесь из песка и снега. Стоит такая тишина, что кажется, если бы пошел снег, мы бы услышали, как снежинки стучат друг от друга гладкими лучами. Лишь воробьи совершенно беззастенчиво не обращают внимания на эту тишину и звонко обсуждают насущные проблемы. При приближении человека, они почему-то замолкают, напускают на себя равнодушный вид. Рябина почти полностью обобрана дроздами. Дзинькают синички. А на ул. К. Либкнехта стоит красавица-елка. Каждый год хозяева ее украшают самодельными игрушками. Бусы, фонарики, цветочки делают из пластиковых бутылок. Красиво и никто не захочет взять себе на память парочку. Здесь елка, а там пальма выглядывает из-за забора.

Весна скоро, весна. Снег уже пахнет не по-зимнему. Тот, кто не пережил долгой, тоскливой зимы с серыми днями, больше похожими на ранние сумерки, не сможет в полной мере обрадоваться весне.

Хорошо, что февраль не лютый, каким любит его описывать народный календарь. Хватит с нас холодов, нам тоже нужны солнце и тепло, птичий щебет и ручьи.

Сегодня день преподобного Лаврентия. По углам поля нужно втыкать чертополох, чтобы ведьмы своими кознями не погубили будущий урожай.

Как там писал поэт? Февраль. Достать чернил и…